Все уже давно поняли, что современная война имеет одну выразительную особенность, а именно технологии, которые постоянно совершенствуются, преломляют ход событий и диктуют новые правила ведения боя как на передовом, так и на глубоком тылу. От месяца к месяцу Украина, чтобы сдержать врага, вынуждена быстро адаптироваться, создавая собственное вооружение: от дронов перехватчиков до ударных дронов, от крылатых и баллистических ракет до украинского аналога ПВО Patriot .
В этом материале мы анализируем видео-интервью ютуб канала PRESSING с совладельцем украинской компании FirePoint (компания разработчик ракеты « Фламинго » и будущего зенитно-ракетного комплекса «Фрея») Д. Штиллерманом – прямо с места производственных мощностей. На видео не только открывается занавес на технологический процесс простого и быстрого производства отечественных ракет, являющихся “козырной картой” в современной технологической войне, но и поднимается вопрос системных проблем, которые несколько тормозят геометрическую прогрессию развития и с которыми сталкиваются частные оружейники в Украине на примере одной из крупнейших из них . Ниже разберем ключевые вызовы и препятствия, которые обсуждались и путь к их решению, чтобы в дальнейшем начать двигаться еще быстрее в технологическом направлении производства нового оружия.
Читайте также: «Зайдут как дети в школу»: разработчик украинской ракеты «Фламинго» раскрыл план массированного удара по Москве и разнес «Искандеры»
Зависимость от иностранных компонентов (преимущественно из стран-партнеров)
Несмотря на то, что Украина способна производить корпуса ракет из карбона, крыла и электронику, некоторые неназванные компоненты остаются дефицитными. Для временного решения проблемы компоненты закачиваются с запасом на 2 года в преддверии. Однако это же проблема на пути к массовому производству ракет (сотни единиц в месяц) в долгосрочной перспективе, особенно если есть бюрократические преграды стран-партнеров.
Еще один компонент, где сейчас есть проблема, которая часто должна быть решена, это коплектование двигателями. Сложность технической части и бюрократия на местах создает значкую задержку в одном из ключевых элементов ракет – двигателе. Из-за этого возникают так называемые «узкие места» (bottlenecks), ограничивающие количество выпущенных ракет, несмотря на заявление совладельца о готовности украинских заводов к масштабированию производства.
Отсутствие единой технической базы и «изобретения велосипеда»
Одной из наиболее вопиющих проблем сейчас, которую называет Д. Штилерман, и которую на пятом году полномасштабной войны до сих пор не решили в Минобороны, является отсутствие доступа частных производителей к накопленным годами чертежам и технологиям производства оружия. Проблема внутреннего государственного управления с унификацией и открытием информации в области разработок ракетостроения, которые в большинстве своем были изобретены еще украинскими учеными-инженерами в годы советской Украины. Как следствие на практике, совладелец FirePoint приводит пример с двигателями для украинских ракет, где это повлекло задержку в его создании с полного 0, тестировании и запуске общим сроком 1 год времени. Что опять же во время быстрых изменений военных средств и их адаптации, влияет на конечный результат эффективности этого оружия, которое к тому же нужно отдельно испытать и донастроить для максимальной точности.
Представитель компании отмечает, что из-за прежнего руководства Минобороны, которое должно было создать библиотеку технической литературы для разработчиков, но не справилось с этой задачей. У нас сегодня есть следствие: нехватка информации, где украинские инженеры вынуждены тратить годы и миллионы долларов на эксперименты по созданию цехов для заливки твердотопливных двигателей. Производителям приходится действовать методом проб и ошибок, хотя все эти решения уже существуют и лежат в закрытых архивах государственных предприятий, оказывающих значительное сопротивление и не желающих делиться знаниями.
Геополитические ограничения и запреты партнеров
Д. Штилерман говорит, что Украина имеет технологическую возможность нанести еще более сокрушительный удар по экономике России, но сталкивается с политическими лимитами.
Во-первых, есть реальная возможность полной блокады нефтяного экспорта РФ , путем объявления публичного запрета на запад кораблей в российские порты, а в случае чего наносить с помощью своих дронов удары по машинным отделам за нарушение условий блокады конкретным танкером. Еще по словам Штиллермана позволит полностью перекрыть экспорт российской нефти в Балтийском и Черном морях за сутки.
Причина этого до сих пор не отразилось, как говорит Д. Штилерман, это следствие бездействия . Где главным барьером того, почему такие операции не проводятся, является неформальный запрет со стороны европейских и западных партнеров, которые финансируют Украину и, вероятно, опасаются глобальной эскалации или скачков цен на энергоносители.
Технологический шантаж и кнопки отключения (Kill Switches)
Зависимость западных стран как и стран ближнего востока (что уже было доказано на практике) от военных технологий Соединенных Штатов, по мнению совладельца украинского оружия, несет прямую угрозу национальной безопасности этих стран, ведь любую иностранную систему могут деактивировать дистанционно. Тогда потраченные миллиарды на иностранную защиту просто невыгодны, потому что в мгновение ока могут перестать работать и защищать. В качестве примера таких угроз, которые есть и для Украины, Д. Штилерман приводит:
- Монополия систем Starlink: Что является мощным рычагом влияния США на фронтовую связь в Украине, где во многом помогает терминал Starlink, который гипотетически могут отключить в любой момент. Именно поэтому FirePoint предлагает создавать собственную, независимую сеть спутников около 160 штук (сейчас у Украины есть только 2 спутника) вместе с кранами ЕС и ближнего востока, чтобы вместе разделить расходы на старте около 200 млн. $, зафиксировав договоренность на базе криптографических алгоритмов доверия.
- Проблема иностранных ПВО: На примере ситуации в Катаре объясняется, как американцы дистанционно отключили радары комплексов Patriot при войне с Ираном в этом году. Это подталкивает украинских разработчиков к созданию собственного антибаллистического щита «Фрея» с открытой архитектурой для взаимодействия и обмена технологиями со странами-партнерами в ЕС, где ни производитель, ни страна-поставщик не имели возможности отключить защиту неба дистанционно.
- Украина тоже имела в начале независимости одну из крупнейших сетей систем ПВО, только в Киеве по заявлению президента около 250 штук С-300 в 90-х годах, однако до начала полномасштабного вторжения осталось всего 25 штук на всю страну. Сейчас ситуация изменилась, у нас диверсифицированы различные системы ППО для разных целей, такие как Hawk, IRIS-T, NASAMS, Patriot. Однако на этом пути стоит не забывать о своем, поэтому мы сразу строим свою собственную.
Читайте также: Украинская ПВО: когда будет собственная антибаллистика, – Зеленский раскрыл план производства ракет перехватчиков в Европе
Вывод как не потерять потенциал
Путь к украинской баллистике и полностью независимой защите неба чрезвычайно сложный и длительный даже без каких-либо бюрократических или финансовых проблем. Инженерная часть сама по себе очень сложна и много проблем и вызовов современной войны и технологического оружия. Следовательно, не стоит скрывать то, что давно лежат на столе, поскольку потеря времени это сейчас не столько в инженерной плоскости (украинские специалисты способны создавать инновационные, дешевые и массовые решения), сколько в политической, бюрократической и информационной сферах.
Победа в этой войне технологий требует консолидации усилий государства и частного бизнеса, уменьшения внутреннего саботажа и создания благоприятных условий для новых и новых оборонных стартапов, которые сегодня и в будущем сковывают крепкий щит и меч Украины.
Хотите получать больше новостей на эту тему? Подписывайтесь на наш Telegram или Viber , нажав на текст!
Следите за нами